Неточные совпадения
Нельзя, однако же, сказать, чтобы природа героя нашего была так сурова и черства и чувства его были до того притуплены, чтобы он не знал ни
жалости, ни сострадания; он
чувствовал и то и другое, он бы даже хотел помочь, но только, чтобы не заключалось это в значительной сумме, чтобы не трогать уже тех денег, которых положено было не трогать; словом, отцовское наставление: береги и копи копейку — пошло впрок.
Слова жены, подтвердившие его худшие сомнения, произвели жестокую боль в сердце Алексея Александровича. Боль эта была усилена еще тем странным чувством физической
жалости к ней, которую произвели на него ее слезы. Но, оставшись один в карете, Алексей Александрович, к удивлению своему и радости,
почувствовал совершенное освобождение и от этой
жалости и от мучавших его в последнее время сомнений и страданий ревности.
Он у постели больной жены в первый раз в жизни отдался тому чувству умиленного сострадания, которое в нем вызывали страдания других людей и которого он прежде стыдился, как вредной слабости; и
жалость к ней, и раскаяние в том, что он желал ее смерти, и, главное, самая радость прощения сделали то, что он вдруг
почувствовал не только утоление своих страданий, но и душевное спокойствие, которого он никогда прежде не испытывал.
Левин посмотрел еще раз на портрет и на ее фигуру, как она, взяв руку брата, проходила с ним в высокие двери, и
почувствовал к ней нежность и
жалость, удивившие его самого.
Вронский не слушал его. Он быстрыми шагами пошел вниз: он
чувствовал, что ему надо что-то сделать, но не знал что. Досада на нее за то, что она ставила себя и его в такое фальшивое положение, вместе с
жалостью к ней за ее страдания, волновали его. Он сошел вниз в партер и направился прямо к бенуару Анны. У бенуара стоял Стремов и разговаривал с нею...
Он бы должен пожалеть меня», говорила она,
чувствуя, как слезы
жалости о себе выступают ей на глаза.
Не переставая думать об Анне, о всех тех самых простых разговорах, которые были с нею, и вспоминая при этом все подробности выражения ее лица, всё более и более входя в ее положение и
чувствуя к ней
жалость, Левин приехал домой.
И, странное дело, он
чувствовал себя совершенно холодным и не испытывал ни горя, ни потери, ни еще меньше
жалости к брату.
Уже не ужас
чувствовал я:
жалость несказанная стиснула мне сердце.
Самгин понимал: она говорит, чтоб не думать о своем одиночестве, прикрыть свою тоску, но
жалости к матери он не
чувствовал. От нее сильно пахло туберозами, любимым цветком усопших.
Она усмехалась, говоря. Та хмельная
жалость к ней, которую
почувствовал Самгин в гостинице, снова возникла у него, но теперь к
жалости примешалась тихая печаль о чем-то. Он коротко рассказал, как вел себя Туробоев девятого января.
Но однажды, когда она, устав, заснула, сунув под мышку ему голову, опутанную прядями растрепанных волос, Самгин
почувствовал к ней что-то близкое
жалости.
Если же могли
почувствовать боль и
жалость, что человека убили, то, конечно, уж потому, что отца не убили: убив отца, не соскочили бы к другому поверженному из
жалости, тогда уже было бы иное чувство, не до
жалости бы было тогда, а до самоспасения, и это, конечно, так.
Не знали, бедные, куда деться, как сжаться, краснели, пыхтели и потели, пока Татьяна Марковна, частию из
жалости, частию оттого, что от них в комнате было и тесно, и душно, и «пахло севрюгой», как тихонько выразилась она Марфеньке, не выпустила их в сад, где они,
почувствовав себя на свободе, начали бегать и скакать, только прутья от кустов полетели в стороны, в ожидании, пока позовут завтракать.
Верочка опять видела прежнюю Марью Алексевну. Вчера ей казалось, что из — под зверской оболочки проглядывают человеческие черты, теперь опять зверь, и только. Верочка усиливалась победить в себе отвращение, но не могла. Прежде она только ненавидела мать, вчера думалось ей, что она перестает ее ненавидеть, будет только жалеть, — теперь опять она
чувствовала ненависть, но и
жалость осталась в ней.
Я остро
чувствую конфликт любви-эроса с любовью-жалостью, так же как конфликт любви со свободой.
Я их заражала и не
чувствовала ничего — ни
жалости, ни раскаяния, ни вины перед богом или перед отечеством.
Быстрая и нелепая ссора Платонова с Борисом долго служила предметом разговора. Репортер всегда в подобных случаях
чувствовал стыд, неловкость,
жалость и терзания совести. И, несмотря на то, что все оставшиеся были на его стороне, он говорил со скукой в голосе...
Егорушка оглядел свое пальто. А пальто у него было серенькое, с большими костяными пуговицами, сшитое на манер сюртука. Как новая и дорогая вещь, дома висело оно не в передней, а в спальной, рядом с мамашиными платьями; надевать его позволялось только по праздникам. Поглядев на него, Егорушка
почувствовал к нему
жалость, вспомнил, что он и пальто — оба брошены на произвол судьбы, что им уж больше не вернуться домой, и зарыдал так, что едва не свалился с кизяка.
Он вспомнил его дирижирование, сиплый голос, робкий вид во время купанья и
почувствовал к нему сильную
жалость.
Я уже не
чувствую ни
жалости, ни омерзения; я дрожу, как никогда…
Когда все было готово и все пошли прощаться с покойником, то в зале поднялся вой, громко раздававшийся по всему дому; я
чувствовал сильное волнение, но уже не от страха, а от темного понимания важности события,
жалости к бедному дедушке и грусти, что я никогда его не увижу.
Страх мой совершенно прошел, и в эту минуту я вполне
почувствовал и любовь и
жалость к умирающему дедушке.
Если ему случалось быть с ровными себе, он был еще человек как следует, человек очень порядочный, во многих отношениях даже не глупый человек; но как только случалось ему быть в обществе, где были люди хоть одним чином пониже его, там он был просто хоть из рук вон: молчал, и положение его возбуждало
жалость, тем более что он сам даже
чувствовал, что мог бы провести время несравненно лучше.
— Вы теперь едете со свадьбы от одной вашей жертвы, — не
почувствуете ли, может быть,
жалости к другой вашей жертве?
Мать слушала его слабый, вздрагивающий и ломкий голос и, со страхом глядя в желтое лицо,
чувствовала в этом человеке врага без
жалости, с сердцем, полным барского презрения к людям. Она мало видела таких людей и почти забыла, что они есть.
Она верила в то время, что переможет первую любовь свою, верила, что будет счастлива за Морозовым; а теперь… Елена вспомнила о поцелуйном обряде, и ее обдало холодом. Боярин вошел, не примеченный ею, и остановился на пороге. Лицо его было сурово и грустно. Несколько времени смотрел он молча на Елену. Она была еще так молода, так неопытна, так неискусна в обмане, что Морозов
почувствовал невольную
жалость.
Против отца теперь… как хочешь, — продолжала она, больше и больше одушевляясь, — я ужасно его люблю; но когда что коснется тебя — я
жалости к нему не
чувствую.
Я сразу понял, что человек не пьян, а — мертв, но это было так неожиданно, что не хотелось верить. Помню, я не
чувствовал ни страха, ни
жалости, глядя на большой, гладкий череп, высунувшийся из-под пальто, и на синее ухо, — не верилось, что человек мог убить себя в такой ласковый весенний день.
Этот немой укор глубже всякого другого проникал в сердце Елены; не раскаяние
чувствовала она тогда, но глубокую, бесконечную
жалость, похожую на раскаяние.
Борода его стала сырой. В сердце мальчика ещё горячее и ярче вспыхнула любовь и
жалость к большому рыжему человеку, в котором он
чувствовал что-то хорошо знакомое детскому сердцу.
Матвей любил дьячка и даже в дни запоя не
чувствовал страха перед ним, а только скорбную
жалость.
И эта
жалость к Марте заставляла ее
чувствовать себя доброй и гордиться этим, — и в то же время боль от погибшей надежды выйти за Мурина жгла ее сердце желанием дать Марте
почувствовать всю силу своего гнева и своей доброты и всю вину Марты.
Но большой
жалости он не
чувствовал к Калакуцкому.
Илья держал письмо в руке и
чувствовал себя виноватым пред Олимпиадой, грусть и
жалость сжимали ему грудь и давили горло.
Лунёв не
чувствовал желания рассказывать о себе, да и вообще ему не хотелось говорить. Он разглядывал Якова и, видя его таким испитым, жалел товарища. Но это была холодная
жалость — какое-то бессодержательное чувство.
Чувствуя, что ему жалко Перфишку, он понимал ненужность этой
жалости и видел, что она мешает ему.
— Никак нельзя тебе помочь! — сказал Лунёв и
почувствовал при этом какое-то удовлетворение. Павла ему было жалко ещё более, чем Перфишку, и, когда Грачёв говорил злобно, в груди Ильи тоже закипала злоба против кого-то. Но врага, наносящего обиду, врага, который комкал жизнь Павла, налицо не было, — он был невидим. И Лунёв снова
чувствовал, что его злоба так же не нужна, как и
жалость, — как почти все его чувства к другим людям. Все это были лишние, бесполезные чувства. А Павел, хмурясь, говорил...
Глубокую
жалость, смешанную с изумлением,
чувствовал Алексей Степаныч, глядя на такое терзание!
Старика Зубина некогда очень любили; любовь эта забывалась понемногу, сострадание к его несчастному положению ослабевало с каждым днем; но когда весть о смерти Николая Федорыча облетела город, все точно вспомнили и вновь
почувствовали и любовь к нему и
жалость к его страдальческому состоянию.
Итак, мы лишились нашего начальника. Уже за несколько дней перед тем я начинал ощущать
жалость во всем теле, а в ночь, накануне самого происшествия, даже жена моя — и та беспокойно металась на постели и все говорила: «Друг мой! я
чувствую, что с его превосходительством что-нибудь неприятное сделается!» Дети тоже находились в жару и плакали; даже собаки на дворе выли.
Ни одного упрека, конечно, не сорвалось с его языка, а напротив, он
почувствовал к нему искреннюю
жалость и даже потребность утешить его.
Я хотел сначала понять это как шутку, но — увы! — он сумел меня убедить в серьёзности своего намерения. Он так основательно и ясно убеждал меня в этом, что я, вместо того чтобы взбеситься на него за этот наивный цинизм, преисполнился к нему чувством глубокой
жалости. Что иное можно
чувствовать к человеку, который с светлейшей улыбкой и самым искренним тоном рассказывает тебе о своём намерении убить тебя? Что с ним делать, если он смотрит на этот поступок как на милую, остроумную шутку?
Говоря это, Теркин
чувствовал, что выходит из своей роли дипломата, желавшего обойти горбунью, что он открывает перед ней свои карты… Его что-то влекло к Сане, что-то большее, чем простая
жалость.
Теркин отошел к письменному столу и стал закуривать папиросу. Он делал это всегда в минуты душевного колебания. Спасать Зверева у него не было желания. Даже простой
жалости он к нему не
почувствовал. Но с кем не может случиться беды или сделки с совестью? Недаром вспомнилась ему Калерия и ее „сиротские“ деньги. Только беспутство этого Зверева было чересчур противно. Ведь он два раза запускал руку в сундук. Да и полную ли еще правду рассказал про себя сейчас?..
Прежний гимназист „Петька“ был перед ним, — все тот же, блудливый и трусливый, точно кот, — испугавшийся вынутого им жребия — насолить учителю Перновскому.
Жалости Теркин к нему не
почувствовал, хотя дело шло, вероятно, о чем-нибудь поважнее перехвата тысячи рублей.
Это вышло уж очень грубо, так что ему даже стало жаль ее. На его сердитом, утомленном лице она прочла ненависть,
жалость, досаду на себя и вдруг пала духом. Она поняла, что пересолила, вела себя слишком развязно, и, опечаленная,
чувствуя себя тяжелой, толстой, грубой и пьяною, села в первый попавшийся пустой экипаж вместе с Ачмиановым. Лаевский сел с Кирилиным, зоолог с Самойленком, дьякон с дамами, и поезд тронулся.
Мы не из
жалости, не из милости должны бы работать для расширения жизни… мы должны делать это для себя… для того, чтобы не
чувствовать проклятого одиночества… не видеть пропасти между нами — на высоте — и родными нашими — там, внизу, откуда они смотрят на нас как на врагов, живущих их трудом!
Страх есть дело невольное, и, без сомнения, эти несчастные
чувствуют нередко то, что я, за грехи мои, однажды в жизни испытал над самим собою; и если ужасные страдания возбуждают в нас не только
жалость, но даже некоторый род почтения к страдальцу, то знайте, господа! что трусы народ препочтенный: никто в целом мире не терпит такой муки и не страдает, как они.
При этих словах Домны Осиповны Грохов опять как будто бы усмехнулся: он никак себя не воображал заступником и спасителем женщин; но как бы то ни было, к Домне Осиповне
почувствовал некоторую
жалость, припомня, сколько денег он перебрал с нее.